Тексты

Не так давно, в конце февраля 2017 года в зале Товарищества живописцев была показана выставка Мары Даугавиете и Георгия Уварова.

Явление семьи художников, соработничество индивидуальностей, погружённых в творчество, - материя таинственная и достойная восхищения. Наполненная событиями творческая биография двух художников началась в конце 70-х гг. Опыт Мары и Георгия особенно интересен потому, что собственная семья стала для них важнейшим предметом художественного исследования. Живопись и семейные ценности соединились в одном пространстве, образовали общую художественную ткань, в которой жизнь порождает искусство и, наоборот, искусство утверждает жизнь. И действительно, кто может похвастать семейной хроникой, запечатлённой во многих десятках, если не сотнях живописных произведений. В этой удивительной атмосфере выросли дочки – Мара младшая и Майя. Для них, кажется, без всяких усилий, самым естественным образом был создан домашний театр. Рукодельные декорации, куклы, костюмы, сами персонажи и прочие участники представлений, последовательно перешли на холсты Мары и Георгия. Более того. Дух творчества, переполнявший художников, вырывался во вне. Мара и Георгий находились в центре больших театрализованных выставок, включавших в себя элементы карнавала, выступления художников и их детей («Рождество на Арбате»).

В живописи Мары Даугавиете без сомнения выражен дух 80-х с их беззаботностью, внутренней свободой, предощущением перемен. В том, как художник наблюдает действительность не было заданности. Было, скорее, ожидание: что же из всего этого получится, какое представление готовит автор всех пьес?

Поистине огромное количество картин, разнообразие тем, разработанных Марой Даугавиете, говорит о природном любопытстве, искреннем интересе к жизни, замечательном трудолюбии и работоспособности. Её сюжеты, связанные с жизнью семьи, судьбой художника, возвышаются до значительных философских обобщений. Достаточно вспомнить многократно повторённый художником, не в смысле копирования, а в смысле обращения к сюжету «Сон семьи».

Это очередная выставка известных авторов, как мне показалось, наиболее продуманно отобранная из всех предыдущих, а я бывал на многих из них. Георгий предпочел основой экспозицией сделать портреты своих современников, а Мара – крымские пейзажи разных лет. Таких работ у них оказалось так много и такого высокого качества, что хватило на большую выставку.

Художники эти известны, прежде всего, как мастера остросоциальной темы, арбитры в вопросах общественной морали, хранители семейных ценностей. Таковыми они помнятся на выставках переломного времени. Я причисляю их к мастерам критического направления: Виктору Попкову, Наталии Нестеровой, Татьяны Назаренко и др.

На сей раз они решили показать прежде всего свою натурную работу. И в этой части их творчества я нахожу значительные достижения.

Мара Владимировна – художник мощного темперамента; ее взгляд на природу Крыма остро своеобразен. Ведь огромное количество русских художников «осваивало» этот экзотический уголок нашей земли. Их было так много: и гениальных и посредственных со времен Айвазовского до наших дней, что завеса штампа накрыла эти легендарные места. Казалось, трудно найти какой-то нетривиальный подход, посмотреть новым, промытым оком, на это море, скалы, растительность. Мара Даугавиете нашла, и мне кажется, без специальных усилий, как человек от природы обладающий именно таким, а не другим, способом видения действительности. У нее обобщенно-монументальный, я бы сказал, эпический взгляд на Крым. Это выражается, прежде всего, в композиции. Ее вещи, хотя они писаны с натуры, не совсем этюды. Это, пожалуй, картины. Ее цвет не выдуман, он взят из реальной жизни, но он сугубо индивидуален. Я знаю, как трудно превратить натурный экспромт в картину. Это мало кому удавалось. Художник на пленере подвержен массе неудобств: жарит и слепит солнце, меняется освещение, меняется погода, прохожие заглядывают к тебе через плечо, хочется пить и т. д. Только твердо сосредоточенного на своей задаче художника ничто не может отвлечь от его цели. Такова Мара Даугавиете, если судить по результату.

Эссе Георгия Уварова о художнике.

 

На мой взгляд, Маре Даугавиете ближе из всех художественных направлений маньеризм.*

Пластика масс пейзажа, архитектуры, фигур людей является главным. Даже в жанре портрета пластика форм тела, головы, лица, их неповторимость, как божественная игра природы, которая, бесконечно варьируя, создает новые и новые индивиды. Иными словами, движение в картине является главным. И сюжеты, «поклонения», «паломничества», бесконечные шествия, передают целеустремленность или бесцельность (бессмысленность) движения.

 

 

С 11 по 22 марта с.г. в светлых выставочных залах Московского Союза художников на Кузнецком мосту, д. 20 прошла вторая выставка арт-группы «ПолиГрА». На этот раз художники - выпускники Московского полиграфического института представили на суд зрителей свои работы, объединенные одним форматом. Отсюда -  название выставки «Многоликий квадрат». Формат этот интересовал еще довоенных выпускников «Полиграфа» - Н.А. Евланову и Ю.Д Коровина, старейших членов Московского Союза художников, которых, к прискорбию, уже нет с нами. Много художников откликнулись на идею этой выставки. Мы попросили четырех участников поделиться своими мыслями по этому поводу.

Любовь Юкина:  Мне нравится в нашей выставке «Многоликий квадрат» все - от названия, точного без особых претензий, до места проведения. Мне нравится, как непринужденно мы, все такие разные, вдруг сплотились вокруг Наташи Барановой, наверно «виной» тому ее замечательное дружелюбие. Проходя по залам, я в который раз подумала о том, как работы похожи на авторов. Вот живая, умная, тонкая Мара Даугавиете, с которой всегда хотелось общаться на каких-то пересечениях и коротких встречах. И наконец-то!  Ее изумительная живопись и где? На нашей выставке. Можно остановиться у работ каждого участника и обсудить их, но это долгая история. И экспозиция выстроена очень грамотно. Кстати, давно обратила внимание, как толково,  со вкусом делают это на Кузнецком, 20. Приведу частный пример моей стенки. Я привезла 13 квадратов, но все разные. Когда же приехала на открытие,то даже и не удивилась. Так замечательно организовали Павел Храмцов и Степан Кильдишев мои не очень совместимые на одной стене вещи, такие, как офорт и текстильные персонажи («тряпиенсы»). И я хочу поздравить своих коллег с замечательной выставкой. Чтобы мы не делали, в какие бы формы не облекали наше творческое горение, за спиной каждого из нас стоит «Полиграф». Мы все в разное время дышали одним и тем же  воздухом. Выставка - это хлопоты. Выставка - это праздник. Выставка - это счастье общения, которое только что пережили все участники «Многоликого квадрата».

Мара Даугавиете:  Участники нашей выставки объединены вдвойне: квадратным форматом и общей альма-матер. Они воспитаны в рационалистическом духе, в традициях ВХУТЕМАСа, где во главу угла ставился профессионализм, продуманность, сделанность и общая ментальность в отношении к искусству, которое не является ни полем самовыражения, ни передачей зыбких, иррациональных глубин подсознания, но конструированием, построением, организацией изобразительного материала. Для одних - это впечатления  (Анна Ляшенко, Елена Елецкая, Виктор Крючков,  Ювеналий Коровин, Нина Евланова, Роза Пайстик, Любовь Юкина, Людмила Танасенко), для других - умозрительная идея (Александр Юликов, Андрей Коровин, Мара Даугавиете, Татьяна Гнисюк, Николай Пьяных, Сергей Митурич, Наташа Баранова, Людмила Валиева). Стили и подходы, разумеется, разнообразны, как и личности художников. Кстати, именно  «Полиграф» в 60-70 -е годы ХХ века оставался островком свободы творчества в море  соцреализма, насаждавшегося в художественных вузах. Каждый выпускник МПИ мог выбрать свой путь  в искусстве, причем многие выбрали живопись. И на этой выставке все это отражено. И видно, что рациональная составляющая очень весома, хотя есть и придумка, и «игра». Главное, что отношение к своему творчеству у всех авторов концептуально. Поэтому и  выставка получилась концептуальной. В центре экспозиции составилось панно из 16 картин - квадратов всех участников. Удивительно цельный получился блок. Каждая работа стала знаком художника, все  вместе - общей знаковой системой, в которой каждый выбрал свою дорогу среди огромного разнообразия творческих путей.

 

 

В этой статье своими впечатлениями делиться один из посетителей выставки "В поисках оправдания".

 

Не буду пытаться рассказать обо всех работах, представленных на только что открывшейся на Кузнецком мосту выставке Георгия Уварова и Мары Даугавиете. О выставке в целом прекрасно сказали профессиональные искусствоведы, а лучше всех – отец Димитрий Смирнов. Попробую выразить своё восприятие лишь двух работ, произведших на меня наибольшее впечатление. Это – работы Мары Даугавиете "Лавра Преподобного Саввы Освященного" и "Иерусалим. Раскопки". Как известно, каждая область пространства имеет свой неповторимый колорит, называемым латинянами "geniusloci"("гением места"). Этот колорит связан с местом не формальным и не конвенциональным образом, и не сводится к внешнему виду местности.

Давно замечено, что колорит Святой Земли наиболее трудно передаваем средствами художественного слова, музыки или живописи. Фотография – совсем его не передаёт, несмотря на формальную точность. Гениальность художника проявляется именно в способности передать этот просвечивающий сквозь внешнюю видимость вещей "гений места". Мне приходилось бывать и в Лавре Саввы Освященного, и к востоку от стены Старого Города, откуда открывается вид на раскопки (сюжет второй картины). Из этих мест не видны, но отчётливо ощущаются дороги на север к Галилее, на восток к Мёртвому морю, на юг к Негеву, на запад к морю Средиземному. Заключённое внутри "оболочки вещей"пространство производит впечатление грандиозной наполненности: в нём есть всё, что есть в остальной Вселенной. И то, – чего в ней нет! Чудо в Святой Земле более реально, чем привычные нам физические законы. И мне представлялось, что это чудо невозможно перенести ни в какое другое место Вселенной. Но это чудо совершилось! Картины Мары Даугавиете написаны не с натуры, а по памяти, уже в Москве. Но каждый посетитель выставки, созерцая картины Мары Даугавиете, реально попадает в Святую Землю, преодолевая иллюзию "расстояния". И уже ради этих двух картин имеет смысл, отложив все важные и неважные дела, посетить выставку!!!

Виктор Кудрин

 

"В апреле 2011 года в выставочном зале Академии управления МВД РФ прошла семейная выставка московских художников Георгия Уварова и Мары Даугавиете.

В этот зал можно попасть только по предварительной записи, предъявив паспорт, и, тем не менее, многие художники стремятся показать свои картины в стенах академии.

Роль таких выставок нельзя переоценить. Во-первых, слушатели академии вольно или невольно знакомятся с современной московской живописью, и было бы неправильно считать это напрасным. Во-вторых, художник, представляющий свои работы для экспозиции, получает возможность вступить в контакт с непривычной аудиторией, в силу многих причин удалённой от проблематики и эстетики современного искусства.

Смысл подобных экспозиций может показаться незначительным, вполне формальным, и, вместе с тем, речь идёт о столь необходимом сближении различных социальных страт, о попытке восстановить тонкие социальные связи в предельно атомизированном обществе. Весьма характерно, что первичный импульс, инициатива проведения выставок принадлежит не художникам, а госучреждению. Пусть это громко сказано, но в каком-то смысле – в лице отдельно взятого ведомства – государство протягивает руку художественной интеллигенции…

 

 

В течение 7 дней в центре Москвы можно было пообщаться с живописью: с 11 по 18 марта в галерее «Киселев» проходила персональная выставка московской художницы Мары Даугавиете.

Друзья и почитатели должны быть вдвойне благодарны Маре, поскольку – так уж неловко повелось – художник в наши дни вынужден изрядно потратиться на аренду зала, прежде чем подарить приглашенным тонкие визуальные удовольствия.

Т. к. искусство современное в массовом порядке стремится видом своим, а чаще содержанием слиться до неразличимости со странноватой реальностью, о которой говорить здесь, конечно, не место, - встреча с чем-либо настоящим, подлинным соотечественников дезориентирует.

Живой язык живописи, как голос, звучащий не под фонограмму, кажется современнику чем-то чересчур сложным, пугает его диссонансом с унифицированной «гладкой» поверхностью тотальной рекламы, сквозь которую, воистину, не всякому под силу продраться. Иногда кажется, что восприятие живописи требует от современного человека той меры усилий и личного участия, на которые он не готов или
уже не способен. В этом отношении весьма показательным было поведение одного из молодых людей – музыкантов квартета, исполнивших ряд классических этюдов на открытии выставки. Нужно было видеть смесь безразличия и снисходительного любопытства, с которым он прислушивался к речи выступавшего искусствоведа… Сомневаюсь, взглянул ли он на картины, среди которых нанят был музицировать? Речь, между тем, идет о человеке, приобщенном к таинству искусства...

 

 

"Работы Мары Даугавиете всегда удивляют оригинальностью и разнообразием решений. На первый взгляд её живопись достаточно проста – в том смысле, что в ней нет погони за спецэффектами. Но именно в этом видится величайшее достоинство, поскольку её кисть является инструментом, неотступно следующим за мыслью художника. При этом воплощение задуманного никогда не происходит в ущерб самой живописной форме, а стилевое решение соответствует замыслу.

Не секрет, что многие современные художники находятся в серьёзной зависимости от формальных находок. В каком-то смысле это является характерным признаком современного искусства. Однажды найденное «удачное» формальное решение становится методом, постепенно окостеневая, заключая художника в плен, лишая его искусство развития.

В противоположность этой особенности живопись Мары Даугавиете является примером редкой творческой свободы, когда характер воплощения зависит от идеи картины, а не наоборот, когда идея в значительной мере обусловлена формой.

Мара Даугавиете плодотворно и много работает практически во всех жанрах. Но главное поле её деятельности – картина, сложные, очень часто многофигурные композиции с символическим содержанием. Круг тем, к которым обращается Мара, чрезвычайно многообразен и был заявлен уже в самом начале её творчества. Многие из них, так или иначе, связаны с распорядком и событиями её собственной жизни. Простое занятие в аудитории, в студии, члены семьи, рождение и воспитание детей, их взросление, путь и место художника, животрепещущие события недавней истории – всё это и многое другое, так или иначе, находит отражение в её невероятном по объёму и подробности пластическом дневнике, всё это занесено в скрижали её искусства. Темы эти многократно повторяются, меняется характер их прочтения – от весёлого юного задора, любопытства, игры с этим невероятным подарком – жизнью и творчеством – до глубоких прозрений взрослой жизни.

Удивительная способность возвысить, казалось бы, обыденный сюжет (например, «Сон семьи»), увидеть в нём универсальное начало и при этом не лишить его предельной конкретности, живости, почти интимного ощущения присутствия, распространяется и на пейзаж. Пейзажи Мары Даугавиете это особая большая тема. Даже небольшой этюд превращается под её кистью в пейзаж-картину, в пластическую историю, в некое сакральное пространство, сообщающее зрителю значительно больше, чем это присуще данному жанру. Этот пейзаж не просто увиден, он очеловечен, прошёл через сознание художника, очищен его неповторимым чувством и отношением."

Из статьи Ильи Трофимова о выставке «Человек, экология, космос» (17-29 января 2011 г.)

Выставка прошла в выставочном зале Товарищества Живописцев на 1-й Тверской-Ямской

Полностью статью можно прочитать здесь.

 

 

 

 

Не является ли произведение искусства посланием к далекому времени? К кому-то, пусть говорящему на другом языке и живущему в неузнаваемо изменившемся мире, но все же могущему воспринять язык образов, знаков, несущих информацию. Не так уж мы изменились за несколько тысячелетий сами, чтобы не понимать оставленных нам древними народами, египтянами, вавилонянами, греками, китайцами, инками знаков. Это чудо — проступание через века мысли, эмоции, всегда таинственный след — прикосновение руки к камню или дереву, драгоценное наследство нам, живым, хотя бы его крупицы! Рядом с нами (со мной) пошла ко дну, самоуничтожилась только что цивилизация, воплощенная в жизнь утопия. Утонула на наших глазах, и мы, живые свидетели погибшего мира, плаваем на обломках крушения. «Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые — его призвали всеблагие, как собеседника на пир!» Наше свидетельство не должно утонуть вместе с нами, кануть в небытие. Может, смысл моего существования в том, чтобы сохранить эти исчезающие крупицы бытия для будущего, чтобы останками нашего мира были бы не только не перевариваемые природой целлофан, пластмассовые обломки быта и куча металлолома. Мы долго спали, в счастливом неведении, не желая проснуться. А ведь могли и не проснуться, так и сойти "в эту бездну", куда уже упало столько живых, из сна в небытие. Однако, нам дано было пробудиться, увидеть, осмыслить. Водоворот событий закрутил, поток толпы понес по течению. Как падение Алисы сквозь землю, так длится в своей бесконечности наше пробуждение, о многом можно подумать, да и по сторонам посмотреть. Несемся сквозь жизнь и пребываем в неподвижном созерцании одновременно - медитация на пиру у бессмертных. А живопись — это доступное, старое, как мир, традиционное средство показать кусочек изменчивой жизни, остановить мгновение. И пусть в этой задаче есть много наивности — детская вера в свои силы и детская радость от игры необходимый двигатель творчества. Ну, а реализм — это, по-моему, свойство человеческого глаза, радость узнавания, ведь даже в расположении звезд на фоне темного неба, человек видит фигуры и сюжеты. Быть слишком понятным совсем не страшно, главное, чтобы тебя поняли.

 

Мара Даугавиете